Что мы знаем о Бертолуччи? С чем он в первую очередь ассоциируется?
С масштабными историческими эпосами, рассуждениями о политике, инцестом, софт порно, скандалами?

Чего только он не снимал. Кажется, что в поисках своего стиля и в своем соревновании с отцом (дада, эдипов комплекс на месте) он не просто создал успешные фильмы, получившие кучу наград, повлиявшие на следующие поколения кинематографистов и вошедшие в историю кино, но существенно сдвинул границы допустимого на экране и сделал авторское кино привлекательным и для широкого зрителя.

И удивительно, насколько разные подходы и темы он успел попробовать за свою карьеру. Бертолуччи успел стать символом политического кино и сексуальной революции, провести съемки в Северной Африке, Китае, Непале и Бутане, а под конец жизни постепенно начал возвращаться к своим корням — в Италию, в какой-то момент даже к итальянскому языку (в своем последнем фильме “Ты и я” 2012 года), к поэзии, к чему-то более спокойному, немногословному и вдумчивому.

Но в этом тексте речь об одном конкретном фильме. Так что переходим к “Ускользающей красоте” 1996 года.

Эта картина ощущается как возвращение зрелого человека, который уже с высоты накопленного опыта оценивает то, что происходит вокруг. Причем по большей части не участвует, а просто созерцает. Он будто бы такой старичок, который все видит, все понимает и только одобрительно хихикает или разочарованно покачивает головой, наблюдая за происходящим.

Такой подход характерен для всех его поздних фильмов. В “Ускользающей красоте”, например, режиссер наблюдает за легкостью и открытиями Люси, за ее милой утячьей неуклюжестью, а в “Мечтателях” — за медленно, но верно вырождающимися левыми радикалами, в “Ты и я” — за тихим бунтом и неприятием общества.

Но этот фильм отличается своей поэтичностью и очень личными, нежными мыслями Бертолуччи. В “Ускользающей красоте” мы видим альтер-эго режиссера в герое Джереми Айронса, в умирающем драматурге Алексе. Он уже ничего не создает, он продолжает со всей душой участвовать в жизни обитателей виллы, хоть все, включая его самого, понимают, что болезнь скоро его победит.

Он наблюдает за Люси, наслаждается ее красотой, юностью и невинностью. Для него, кажется, уже пропало ощущение новизны, но еще есть любопытство и желание жить и быть среди близких ему людей. Он дает Люси советы, задает провокационные вопросы, поддерживает и помогает разобраться в чувствах. Находясь рядом с ней, он словно ловит последнюю возможность хоть немножечко, хоть через кого-то пожить полной жизнью, почувствовать ее.

Кинокритик Алексей Филиппов говорит о том, что Алекс, как и остальные жители виллы, неосознанно пытаются забрать у Люси что-то, необходимое им, будь это, как ни банально, ее красота, независимость, ранимость и чувственность. И, конечно, время, которое у нее еще есть.

Но мне во время очередного просмотра стало казаться, что все эти люди, Иэн, Диана, Миранда, Кристофер, но не Алекс, не цепляются за Люси, а скорее избегают близости с ней, потому что у каждого есть такой бережно хранимый кусочек чего-то, что их удерживает на этой вилле, в этом состоянии, в этом бесконечно длящихся летних каникулах. И пока они не отпустят эти свои якоря из прошлой жизни, которые держат их в этом хоть и статичном, но все-таки прекрасном и уютном гедонистическом мирке. Изменение Люси словно катализировало все вокруг, она все привела в движение своими поисками своего отца и ожиданием первой влюбленности.

Когда я первый раз посмотрела этот фильм еще в старшей школе, то в отличие от “Мечтателей” он мне показался пустым, хоть и безумно красивым. Все было понятным и естественным, зачем пересматривать. Но пересматривать нужно! Особенно через большие промежутки времени. Каждый раз открываешь для себя нового героя, каждый раз фильм затрагивает новый кусочек воспоминаний.

Перестаешь концентрироваться на самой Люси и больше замечаешь то, что происходит вокруг нее, как все приходит в движение, как мягко раскрываются персонажи. И тогда восприятие становится гораздо глубже, картина кажется удивительно многослойной.

Очень интересно во время просмотра останавливаться на скульптурах, которыми наполнена вилла. Они так похожи на обитателей этого дома, у каждого есть свой образ, который вытачивался и полировался годами, но который выражает не саму суть человека, а отражает смотрящего, как зеркало. Эта фраза скульптора Иэна о том, что художник всегда изображает себя, относится абсолютно ко всему, что происходит в фильме. Кто и что замечает, кто к кому тянется — все становится увлекательнее, если смотреть на действия или слова так, будто они направлены на того же самого человека, кто это сказал или сделал. Будто каждый говорит только о себе и для себя.

Вообще “Ускользающая красота” это такой фильм, о котором можно бесконечно рассуждать, но самое важное тут — это все-таки сосредоточиться на чувствах. Наслаждаться кадром, светом, эмоциями, музыкой, природой. Погрузиться на пару часов в этот наполненный искусством и сигаретным дымом мир, куда не проникают банальности и политика.


Расскажите, а что вы чувствовали во время просмотра?