сентябрь 2025
Он и был, задолго до появления первого топора и останется, вероятно, если человечество не уничтожит его вместе с собой. Эта его сила как будто была забыта людьми, но память о ней возвращается, стоит только по-настоящему заблудиться в лесу.
Цитируя Урсулу Ле Гуин, The Word for World is Forest.
Зачарованный лес, инициатическое пространство, нелинейная структура, фигура любого разговора об экологии и климатических изменениях и антитеза антропоцена. С лесом связана жизнь почти каждой цивилизации, и разумеется, о нём размышляют художники, от первого человека, вырезавшего деревянную фигурку для красоты или созерцающего рост дерева, до тех, кто живёт прямо сейчас.
Чаще всего художники привлекают лес для разговора об экологии. Йозеф Бойс, делающий искусством всё, к чему он прикасался, решил дать лесу ворваться в город и посмотреть, что будет. На седьмой Документе в Касселе он начал высаживать семь тысяч дубов, сопровождая каждый базальтовым камнем. Возвращение леса стало его скульптурой и политическим манифестом (City Forestation Instead of City Administration), а город — пластичным медиумом. Это, кстати, был один из первых художественных жестов на тему экологии, которая сейчас стала чуть ли не основным направлением искусства. Но в 1982 году, сажая свои дубы, Бойс задал это направление.
Спустя несколько десятилетий художница Майя Лин в проекте Ghost Forest установила в нью-йоркском Мэдисон-Сквер Парке 49 мёртвых атлантических кедров — как мемориал изменению климата и вырубке лесов. Эти деревья, высотой около 12 метров, были задуманы стать монументальным напоминанием о хрупкости экосистем. Это сработало: мёртвые деревья, выросшие внезапно в огромном парке, вызвали, по словам очевидцев, почти хтонический ужас: лес вернулся, но в нём не осталось жизни, а это невозможно, это противоречит его сути.
Иногда художники делают его центром своего искусства, как Константин Димопулос в проекте The Blue Trees. Он красит деревья ярко синей краской (экологически безопасной), чтобы привлечь к ним внимание и “взрастить социальную осознанность о том, что именно мы можем потерять”.
А иногда они наоборот, приводят лес в галерею. Португальская художница Жоана Васконселуш сшила Зачарованный лес — огромную инсталляцию из тканей и кружева, похожую на единый живой организм, приглашающий зрителя “к полной дезориентации в пространстве”. Как настоящий лес.
Олафур Элиассон, известный своими исследованиями изменений климата, а ещё тем, что растопил тысячелетний лёд, провёл по галерее русло реки и повесил в турбинном зале Тейт почти настоящее солнце, превратил галерею в лес расходящихся тропок. The Forked Forest Path (разветвляющаяся лесная тропа) — это проект 1998 года, где он воспроизвёл лес в галерее, вместе с запахами, текстурой и влажностью воздуха, и вместе в возможностью выбора тропинки, чтобы по нему пройти.
Если природа и искусство издревле противопоставлялись друг другу, то что будет, если поместить природу в пространство искусства? Как именно им любоваться, как взаимодействовать?
В современном искусстве лес становится актором художественного процесса, не темой и не местом, но соавтором, таинственным и живым, и это неожиданно воспроизводит те же отношения между людьми и лесами, что были тысячи лет назад: угроза и убежище, враг и друг, безъязыкая фауна и непостижимая сила, которая вернёт себе землю, как только представится случай.
В сентябре мы пойдём исследовать лес.
"Очаги искривленного пространства"
Оба автора — активные участники современного российского арт-процесса. Иван Новиков — художник, куратор, преподаватель и теоретик искусства, член редколлегии «Художественного журнала». Анжела Силева — искусствовед, исследовательница художественной критики, работает в музее «Гараж».
Чтение каждого текста займет 15–40 минут и не потребует больших временных затрат. Попробуем новый формат библиотечного чтения!
Очарованность делает туриста невнимательным к происходящему, превращает в колонизатора, завороженного экзотическими видами, которые выходят за пределы привычного городского опыта. Такой «внешний взгляд» турист_ки поддерживается экспликациями к различным породам деревьев и видам растений, что затрудняет распознать атмосферу, исходящую от самих объектов. Цитируя Вальтера Беньямина, Гернот Бёме пишет о необходимости «чувствовать ауру, вчитывать её телесно». Однако насколько произведения искусства лишились своей ауры в начале XX века за счет авангардистских художественных движений, настолько и природа в её смодериованном восприятии лишилась ауры, или точнее, человек потерял способность переживать происходящее с ним в лесу.
Это символично, так как и в жизни режиссер думал стать священником. А еще несколько лет занимался живописью, что тоже отражается в фильме.
И хоть этот фильм можно считать его переходом к минимализму и что он разительно отличается от предыдущих картин Ким Ки Дука, тем не менее мы можем найти в нем почти те же жестокие истории, только видим их мы совсем с другого ракурса.
Как будто смотрим на муравьишек, которые суетятся у муравейника, или птиц, которые строят гнездо, улетают и возвращаются, благодаря цикличности фильма и отсутствия акцента на действиях и эмоциях (а тут их достаточно много), отсутствия драмы. Все случается, но проходит почти бесследно.
Например, кот. В восточной философии он может быть как символом негативных изменений, так и перемен во благо. И лишь от усилий ученика будет зависеть итог.
Или петух, который символизирует ребячество, гордость и похоть.
И удивительно, как изящно режиссер в конце фильма показал начало новой истории, идентичной предыдущей.
Как же это углубляет историю. Мы понимаем, что монах-учитель не идеальный образ, что он тоже прошел свой путь и тоже совершил ошибки, но ответил за них и пришел к умиротворению.
-
Под матрасом израильской бабушки нашлись три картины Малевича 🌚
Звучит как история из книги, но нет, это произошло. И самое забавное тут то, что несмотря на проверки, на 100% так и не удалось доказать, подлинники это или подделки. Искусствоведы спорят и негодуют, но тем не менее сейчас картины выставляются в Бухаресте наравне с другими произведениями Малевича, которые сомнений не вызывают.
Полная история тут. Очень интересно!
-
Живет ли в “Бобе” Аниша Капура человек?
Группа американских активистов “Man in Bean Coalition” (у них даже инст есть! ) требует выпустить человека, который, по их мнению, 20 лет находится внутри скульптуры «Cloud Gate», известной как «Боб».
Не мем, не пранк, а настоящие протесты. Шок! Но сторонников, которые действительно могли бы вмешаться в эту ситуацию и что-то решить, у них, похоже нет, зато местная пиццерия активно поддерживает эту легенду.
Вся информация и ссылки тут
-
Теряет ли свою ценность картина из-за аморальной жизни владельца?
О чем, казалось бы, тут спорить, ведь речь даже не о художнике, а именно об одном из владельцев. Но на аукционный дом Christie’s подали в суд как раз по этой причине.
Коллекционер Сасан Гандехари купил на аукционе картину Пикассо «Женщина в кресле-качалке», но узнав историю предыдущего владельца, который сидел в тюрьме за наркоторговлю, потребовал расторжения договора и возврата денег.
